Подборка книг по тегу: "производственный роман"
— Ты поживешь в гостиной. А мы с Алисой займём нашу спальню.
Муж сказал это... на свадьбе нашей дочери.
На следующий день закрыли завод, где я проработала двадцать пять лет, и в свои пятьдесят я осталась без семьи, без дома и без работы.
Но именно тогда меня нашёл мужчина, который заплатил миллиарды за золотое месторождение и теперь рисковал потерять всё.
Ему нужна была я - Железная леди.
Никто из нас не ожидал, что главным сокровищем этого месторождения окажется вовсе не золото.
Муж сказал это... на свадьбе нашей дочери.
На следующий день закрыли завод, где я проработала двадцать пять лет, и в свои пятьдесят я осталась без семьи, без дома и без работы.
Но именно тогда меня нашёл мужчина, который заплатил миллиарды за золотое месторождение и теперь рисковал потерять всё.
Ему нужна была я - Железная леди.
Никто из нас не ожидал, что главным сокровищем этого месторождения окажется вовсе не золото.
Скромная Соня из аналитического отдела поспорила с двоюродной сестрой - яркой Кристиной из отдела рекламы, на босса! У Сони месяц, чтобы привлечь внимание Гора - Горянова Артема - решительного и строгого генерального директора.
У девушек разный подход, но у Сони есть поддержка - бабушка, похожая на крестную Фею из сказки.
Сможет ли скромный профессионал Соня привлечь внимание Артема? Или он увлечется яркой Кристиной?
У девушек разный подход, но у Сони есть поддержка - бабушка, похожая на крестную Фею из сказки.
Сможет ли скромный профессионал Соня привлечь внимание Артема? Или он увлечется яркой Кристиной?
Меня зовут Эрик Вейсс, и я могу вытащить вас из любой космической дыры. Даже если вам грозит тюрьма на Карридо, куда сажают лишь серийных убийц. Обычно я беру гонорар вперёд, но в этот раз возьмусь за дело бесплатно, ибо на кону пари с очаровательнейшей во всей Вселенной прокуроршей.
«Работа тоже может приносить удовольствие.»: подумал мужчина, внимательно следя за напольным показанием ближайшего сигнала, когда из неимоверно нежных и пухлых губ дежурной по железнодорожной станции Алисы вырвался тяжелый стон, что заставил Алексея задуматься, прислушаться к своим ощущениям, к этом всплеску тестостерона, что неоднократно вызывала у него рыжая бестия.
— Прошу, не останавливайся,Залесский…— еле слышно, но не менее требовательно командовала она, поправляя фирменный платок у нежной шеи.
— Ну раз ты просишь, любимая. — сказал в рацию машинист, увеличив скорость электропоезда контроллером тяги.
— Прошу, не останавливайся,Залесский…— еле слышно, но не менее требовательно командовала она, поправляя фирменный платок у нежной шеи.
— Ну раз ты просишь, любимая. — сказал в рацию машинист, увеличив скорость электропоезда контроллером тяги.
- Ты прекрасна, моя богиня! Шикарна, восхитительна. Нет другой такой. Обожаю тебя, Лина, – шепчет мне тот, кто без разрешения ворвался в мою разрушенную жизнь, согрел, подарил надежду, мечту, любовь…
Я расслабилась, доверилась и забыла, что на самом деле чудовище – не муж, разбивший сердце и бросивший одну с детьми после пятнадцати лет брака.
Нет.
Настоящий монстр – другой. Он, бережно и заботливо собрал меня по кусочкам, заставил поверить в любовь и счастье вновь.
А потом предал.
Почему?
ХЭ
Входит в цикл, объединенный идеей, но не героями. Книги цикла читаются отдельно.
Я расслабилась, доверилась и забыла, что на самом деле чудовище – не муж, разбивший сердце и бросивший одну с детьми после пятнадцати лет брака.
Нет.
Настоящий монстр – другой. Он, бережно и заботливо собрал меня по кусочкам, заставил поверить в любовь и счастье вновь.
А потом предал.
Почему?
ХЭ
Входит в цикл, объединенный идеей, но не героями. Книги цикла читаются отдельно.
«Игнат сделал шаг ко мне. Потом еще один.
— Это непрофессионально. Глупо. Опасно.
— Знаю.
— Это может разрушить все, что я строил здесь годами.
— Понимаю.
Суровый остановился в сантиметре от меня. Его крепкие ладони поднялись и медленно, давая мне время отступить, обхватили мое лицо.
— Но я больше не могу сдерживаться, Василиса — прошептал главврач, и в его голосе впервые прозвучала уязвимость. — Я не могу спать. Я не могу думать ни о чем, кроме тебя.»
С первого дня знакомства между ними пробежала искра. Ненависти.
Игнат Викторович Суровый, главврач отделения скорой помощи, видел в новой медсестре Ваське лишь легкомысленную девчонку. Василиса считала его зазнавшимся сухарем. Их словесные баталии стали легендой отделения. Но под малой тихой враждой скрывалась большая огненная страсть. Теперь им предстоит скрывать бурный служебный роман от коллег, но как спрятать то, что бьется так громко и отчетливо — прямо в груди?
— Это непрофессионально. Глупо. Опасно.
— Знаю.
— Это может разрушить все, что я строил здесь годами.
— Понимаю.
Суровый остановился в сантиметре от меня. Его крепкие ладони поднялись и медленно, давая мне время отступить, обхватили мое лицо.
— Но я больше не могу сдерживаться, Василиса — прошептал главврач, и в его голосе впервые прозвучала уязвимость. — Я не могу спать. Я не могу думать ни о чем, кроме тебя.»
С первого дня знакомства между ними пробежала искра. Ненависти.
Игнат Викторович Суровый, главврач отделения скорой помощи, видел в новой медсестре Ваське лишь легкомысленную девчонку. Василиса считала его зазнавшимся сухарем. Их словесные баталии стали легендой отделения. Но под малой тихой враждой скрывалась большая огненная страсть. Теперь им предстоит скрывать бурный служебный роман от коллег, но как спрятать то, что бьется так громко и отчетливо — прямо в груди?
Первая книга: Начальник 1. Или как мой завод попал в иной мир где нет людей?!
За Копанью, в двадцати днях зимнего пути, стоят людские развалины. За тысячу двести лет туда ходили много раз, и всегда возвращались ни с чем: имперские двери слушаются только человеческой руки.
Расходников там может и не оказаться. Но больше их нет нигде.
Первая зима в ином мире. Цех работает от жилы, вал под потолком крутит станки, в конторке бродит своё пиво. А всё, что приехало с Земли, кончается. Солярка сгорела, электроды на счету, у лазера треснуло защитное стекло. Свободна одна линза, две запасные уже обещаны короне.
Клан Хорн ждёт к ледоходу первые две тысячи болтов из десяти. Корона хочет к весне сто светильников, которые не садятся, и таких в этом мире не делал никто. Знаки к ним знает внук человека, который весь прошлый год пытался задушить завод. Теперь этот внук бьёт гвозди у их горна.
А весной приедет королева.
Попаданцы, производство, дворфы, эльфы и пиво. Магия через станок.
За Копанью, в двадцати днях зимнего пути, стоят людские развалины. За тысячу двести лет туда ходили много раз, и всегда возвращались ни с чем: имперские двери слушаются только человеческой руки.
Расходников там может и не оказаться. Но больше их нет нигде.
Первая зима в ином мире. Цех работает от жилы, вал под потолком крутит станки, в конторке бродит своё пиво. А всё, что приехало с Земли, кончается. Солярка сгорела, электроды на счету, у лазера треснуло защитное стекло. Свободна одна линза, две запасные уже обещаны короне.
Клан Хорн ждёт к ледоходу первые две тысячи болтов из десяти. Корона хочет к весне сто светильников, которые не садятся, и таких в этом мире не делал никто. Знаки к ним знает внук человека, который весь прошлый год пытался задушить завод. Теперь этот внук бьёт гвозди у их горна.
А весной приедет королева.
Попаданцы, производство, дворфы, эльфы и пиво. Магия через станок.
Студентка второго курса педагогического института Алиса и подумать не могла, что начнёт работать на следующий день после своего восемнадцатилетия. Но ведь начала. Да ещё и в физико-математической школе. А там чего только с ней не случилось!
Физматклассы — это не фунт изюма. Да и коллеги бывают разные. А как совместить учёбу на дневном отделении с работой и личной жизнью? И вообще, каково это, учить тех, кто младше тебя всего на несколько лет?
Пожалуй, Алисе пришлось бы несладко, если бы не любимые коллеги, чувство юмора и инстинкт У, о существовании которого она раньше и не подозревала.
Год написания - 2015
Физматклассы — это не фунт изюма. Да и коллеги бывают разные. А как совместить учёбу на дневном отделении с работой и личной жизнью? И вообще, каково это, учить тех, кто младше тебя всего на несколько лет?
Пожалуй, Алисе пришлось бы несладко, если бы не любимые коллеги, чувство юмора и инстинкт У, о существовании которого она раньше и не подозревала.
Год написания - 2015
В старые, добрые времена Советской Эпохи каждый пятый русский мальчишка втайне мечтал стать заведомо героическим космонавтом… Ну, там, чтоб самоотверженно и бесстрашно бороздить Просторы безбрежного Космоса, самолично первооткрывать и исследовать чужие миры и планеты, стойко и с непоколебимым достоинством превознемогать даже самые нестерпимые тяготы и лишения космопилотской жизни и внеземного быта…
Так было ещё совсем недавно, но и увы! злополучно и уже почти что навек — кануло в Лету.
Однако, как известно, Истории свойственно повторяться!.. Пусть через 100 лет, 200, 300… Но – всё же!!!
Именно такому триумфу железной воли, неуемного любопытства и безудержной отваги как раз и посвящен КНФ-роман «Пятая Космическая». И хотя его главный герой Герман Леваневский уже давно не желторотый мальчишка, а бывший сверхсекретный космопилот ВКС России… И живет в весьма далеком от нас (Вас?!) постапокалиптическом будущем…
Но при этом ОН тоже, как и мы, его соотечественники из 20-го века — самый что ни на есть безнадежный Романтик и истый Сорвиголова!
И это даже несмотря на тот непреложный факт, что всегда и, особенно, в Смутные Времена как минимум каждый пятый из косморазведчиков уже никогда не возвращается живым и невредимым из беспощадного Космоса обратно домой.
Ибо Вселенная, как известно — беспросветно-темна и полна ужасов!..
Так было ещё совсем недавно, но и увы! злополучно и уже почти что навек — кануло в Лету.
Однако, как известно, Истории свойственно повторяться!.. Пусть через 100 лет, 200, 300… Но – всё же!!!
Именно такому триумфу железной воли, неуемного любопытства и безудержной отваги как раз и посвящен КНФ-роман «Пятая Космическая». И хотя его главный герой Герман Леваневский уже давно не желторотый мальчишка, а бывший сверхсекретный космопилот ВКС России… И живет в весьма далеком от нас (Вас?!) постапокалиптическом будущем…
Но при этом ОН тоже, как и мы, его соотечественники из 20-го века — самый что ни на есть безнадежный Романтик и истый Сорвиголова!
И это даже несмотря на тот непреложный факт, что всегда и, особенно, в Смутные Времена как минимум каждый пятый из косморазведчиков уже никогда не возвращается живым и невредимым из беспощадного Космоса обратно домой.
Ибо Вселенная, как известно — беспросветно-темна и полна ужасов!..
Американец, большой босс, бабник, мачо? Ну и что? Главное, сохранить работу. Кризис всё-таки! Только что делать, если в производственный процесс вмешиваются чувства? Производственно-юмористический любовный роман. (Все совпадения имен, событий, названий считать случайными)
*В книге присутствуют сцены курения и употребления алкоголя
*В книге присутствуют сцены курения и употребления алкоголя
Выберите полку для книги